m_d_n (m_d_n) wrote,
m_d_n
m_d_n

Categories:

Визуальномедийный ребёнок

Отрывок из книги Симона Соловейчика "Последняя книга"
Со страницы http://1001.ru/books/last/48.htm

в книге "Педагогика для всех" довольно много писал о разных случаях из жизни моего младшего сына Матвея, который родился в тот день, когда старший сын ушел служить на флот. Ладно, решил я тогда, маленький, не прочтет. Книга вышла, и с тех пор многие люди спрашивают:

"А как Матвей?"

Ну а как Матвей? Попрошу у него прощения и напишу о нем несколько слов - хотя бы потому, что в книге ему - год, два, три, четыре, а вот на днях ему исполняется шестнадцать, он в десятом классе. Напишу о нем так, словно я смотрю на него со стороны.

Он по-прежнему, как и в год, и в пять, удивляет полной непредсказуемостью.

Как и в пять лет, он постоянно, что-то спрашивает. За один субботний вечер он спросил меня, что такое рефрижератор, что такое шайка, что значит слово "офтальмолог" - он не выносит в жизни ни малейшей неясности, он все должен знать совершенно точно и не пропускает самых обычных слов (шайка в бане, а он не был никогда в бане), если они не совсем ясны ему; но в тот же вечер он сразил меня, совершенно серьезно спросив, как пишется слово "язык" - через "и" или через "ы". Я собрал все свое мужество, вспомнил все правила соблюдения спокойствия, досчитал до десяти и невозмутимо ответил, что язык пишется через "ы". Он поколебался, он, видимо, хотел задать и следующий вопрос - почему через "ы", по какому правилу, но почувствовал что-то неладное в моем деланном спокойствии и вопрос задать не решился.

Ну что тут непонятного? Ну обычный безграмотный мальчик, у него и отметки в школе соответствующие, и не спрашивайте меня, пожалуйста, что с ним будет, - не спрашивайте, не надо. В первом классе он писал самым странным образом, какой только можно выдумать: он все буквы слова выводил не последовательно, как люди пишут, а одну поверх другой, словно экономил место, так что получались какие-то ужасные закорюки-иероглифы, которые никто не мог понять, а он читал их совершенно свободно, он ясно видел одну букву под другой:

и так на глубину в шесть-семь букв - сколько их есть в слове. Не сразу нашлась замечательная учительница, которая смогла выдержать такие художества и все-таки справилась с этой странностью, не отбив у мальчика охоту писать. Но Матвеевы закорюки, хоть он и стал писать обычным образом, и сейчас способны довести нового учителя до обморока.

Такой мальчик. Но через полчаса после истории с языком, который неизвестно как пишется, пришли в дом люди, и зашел разговор о фильме про Иисуса Христа, и кто-то спросил, правда все это или неправда, и тогда Матвей, обычно не вмешивающийся в разговоры взрослых (ужасно не люблю умничающих и длинно рассуждающих детей), коротко заметил, что, конечно, правда, потому что если это правда, то все можно объяснить, а если неправда, то многое становится непонятным.

Все как-то умолкли и посмотрели на Матвея, который спокойно ел свою картошку - ничего, кроме вареной в мундире картошки, он, кажется, вообще не ест. Картошку, кислую капусту и хлеб с маслом, если оно есть в доме. И запивает газированной водой любого вида. Первый тихий его вопрос всегда один: "А газировка есть?" Второй его вопрос - где телевизионная программа? Больше всего на свете он, кажется, боится пропустить какой-нибудь кинофильм, пусть и самый безобразный, и если не надо в школу, то он смотрит телевизор до глубокой ночи, а потом спит до трех часов дня, иногда не раздеваясь -заснул во время кино. Проснувшись, он оглядывается - где программа? Не проспал ли он какое-нибудь важное кино? Поверить невозможно, что он учится в десятом классе; но как-то, посмеиваясь над его бесконечными вопросами, я спросил его в отместку, что такое бензол, и представьте себе - он рассказал. Книг почти никаких не читал, книга для него - это два или три месяца работы, а про бензол знает. "Откуда ты знаешь?" -"Учительница в классе рассказывала". - "А учебник не читал?" - "Учебник ничего не дает". Все, что он хочет знать, он откуда-то знает. В тот вечер, когда говорили о религии, выяснилось, что хорошо знает Евангелие и замечание его за столом было не случайным - думал. Вдруг написал немыслимыми своими загогулинами заметку о том, что такое массаж, - ее даже опубликовали, эту очень недлинную заметку: в нескольких строчках всю суть дела изложил. Зачем ему это понадобилось?

И он помнит и любит всех людей, какие только встречались ему, ходит на все дни рождения; очень внимателен ко всем в семье; приехав куда-нибудь, первым делом звонит маме, чтобы она не беспокоилась: добрался, все в порядке; предельно незлобив и необидчив - и безумно любит анекдоты; кажется, у него голова только ими и набита; при этом никогда не расскажет дурного анекдота в отличие от взрослых телевизионных шутников, которые не знают границ и могут прилюдно ляпнуть такое, что всем в доме приходится отворачиваться от экрана и делать вид, будто ничего не произошло. А они там, на экране, всей компанией хихикают - убил бы.

Словом, все, что я писал об этом мальчике, когда ему было год-два-три, все, что я предсказывал ему, - все сбылось точь-в-точь, даже страшно. Удивительное дело, во взрослых людях я разбираюсь плохо, постоянно ошибаюсь, а детей вижу как бы наперед, сквозь все спрессованные, предстоящие им годы.
Tags: Психодиагностическое эссе
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments