m_d_n (m_d_n) wrote,
m_d_n
m_d_n

Case Management

В дверь втиснулась фигура в бараньей шубе, валенках. Шапка находилась в  руках у фигуры.
- Чего же это вы, батюшка, так поздно? - солидно спросил я для очистки совести.
- Извините, гражданин доктор, - приятным, мягким голосом отозвалась фигура, - метель - чистое горе! Ну, задержались, что поделаешь, уж простите, пожалуйста!..
"Вежливый человек", - с удовольствием подумал я.<…>
- В чем дело? Снимите шубу. Откуда вы?
Шуба легла горой на стул.
- Лихорадка замучила, - ответил больной и скорбно глянул .
- Лихорадка? Ага! Вы из Дульцева?
- Так точно. Мельник.
- Ну, как же она вас мучает? Расскажите! - Каждый день, как двенадцать часов, голова начинает болеть, потом жар как пойдет... Часа два потреплет и отет болеть, потом жар как пойдет... Часа два потреплет и отпустит...
"Готов диагноз!" - победно звякнуло у меня в голове.
- А в остальные часы ничего?
- Ноги слабые...
- Ага... Расстегнитесь! Гм... так.
К концу осмотра больной меня очаровал. После бестолковых старушек, испуганных подростков, с ужасом шарахающихся от металлического шпаделя, после этой утренней штуки с белладонной на мельнике отдыхал мой университетский глаз.
Речь мелыиика была толкова. Кроме того, он оказался грамотным, и даже всякий жест его был пропитан уважением к науке, которую я считаю своей любимой, к медицине.
- Вот что, голубчик, - говорил я, постукивая по широчайшей теплой груди, - у вас малярия. Перемежающаяся лихорадка... У меня сейчас целая палата свободна. Очень советую ложиться ко мне. Мы вас как следует понаблюдаем. Начну вас лечить порошками, а если не поможет, мы вам впрыскивания сделаем. Добьемся успеха. А? Ложитесь?..
- Покорнейше вас благодарю! - очень вежливо ответил мельник. - Наслышаны об вас. Все довольны. Говорят, так помогаете... и на впрыскивания согласен, лишь бы поправиться.
"Нет, это поистине светлый луч во тьме!" - подумал я и сел писать за стол. Чувство у меня при этом было настолько приятное, будто не посторонний мельник, а родной брат приехал ко мне погостить в больницу.
<...>
- Марья сейчас прибежала, Пелагея Ивановна велела, чтоб вас сейчас же позвать.
- Что такое? - Мельник, говорит, во второй палате помирает.
- Что-о?! Помирает? Как это так помирает?!
Босые мои ноги мгновенно ощутили прохладный пол, не попадая в туфли. Я ломал спички и долго тыкал и горелку, пока она не зажглась синеватым огоньком. На часах было ровно шесть.
"Что такое?.. Что такое? да неужели же не малярия?! Что же с ним такое?
пульс прекрасный..."
Не позже чем через пять минут я, в надетых наизнанку носках, в незастегнутом пиджаке, взъерошенный, в валенках, проскочил через двор, еще совершенно темный, и вбежал во вторую палату.
На раскрытой постели, рядом со скомканной простыней, в одном больничном белье сидел мельник. Его освещала маленькая керосовая лампочка. Рыжая его борода была взъерошена, а глаза мне показались черными и огромными. Он покачивался, как пьяный. С ужасом осматривался, тяжело дышал...  Сиделка Марья, открыв рот, смотрела на его темно-багровое лицо. Пелагея Ивановна, в криво надетом халате, простоволосая, метнулась навстречу мне.
- Доктор! - воскликнула она хрипловатым голосом. Клянусь вам, я не виновата. Кто же мог ожидать? Вы же сами черкнули - интеллигентный...
- В чем дело?!
Пелагея Ивановна всплеснула руками и молвила: - Вообразите, доктор! Он все десять порошков хинину съел сразу! В полночь.

М.А. Булгаков «Записки юного врача»
1925-1926
Tags: Единство диагностики и коррекции
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments