m_d_n (m_d_n) wrote,
m_d_n
m_d_n

Categories:

Сексуальное насилие над детьми (главы из книги М.А. Догадиной, Л.О. Пережогина)


Взято со страницы http://www.rusmedserv.com/psychsex/sexvictim.shtml

Продолжение. Начало в предыдущих постах.

Хотя И.А.Кудрявцев (1988) отмечал, что установление возможности потерпевшей понимать характер действий виновного основывается преимущественно на оценке полноты ее осведомленности в вопросах отношения полов, методики, изучающей непосредственно, напрямую осведомленность испытуемого в вопросах взаимоотношении полов, не существует. Поэтому данная осведомленность у потерпевших от сексуального деликта исследовалась психологами в “процессе направленной беседы о круге их интересов, о наличии опыта сексуального общения с противоположным полом, о взглядах и мнениях на этот счет, принятых в референтных группах потерпевших” (Кудрявцев И.А., 1988).

Однако результаты направленной беседы не всегда информативны, нет критериев, определяющих полноту осведомленности потерпевших в вопросах отношения полов. Таким образом, можно отметить, что традиционно проводимое психологическое исследование потерпевших, жертв сексуального насилия, не является в полной мере релевантным способности потерпевшими воспринимать обстоятельства сексуального деликта и понимать характер и значение противоправных действий обвиняемого.

Нами для более полного раскрытия способности понимания характера сексуального деликта жертвами сексуального насилия использовались апробированные в лаборатории судебной сексологии методики составляющие основу направленного психологического исследования “Кодирование” и “МиФ”. Указанные методики были модифицированы Н.В.Дворянчиковым и А.В.Герасимовым (1997) и использовались по стандартной процедуре предъявления.

 

Методика “Кодирование”, описанная З.Старовичем (1991), используется для изучения самооценки обследуемого, выяснения его позиции по отношению к собственному и противоположному полу, сексуальным партнерам. Модифицированная методика “Кодирование” использовалась как направленный ассоциативный тест для возможности исследования особенностей восприятия объекта сексуального влечения, степени половозрастной дифференцированности представленности в сознании субъекта этого объекта. Методика позволяет исследовать также особенности половозрастной дифференцированности образа “я” субъекта.

Основными стимулами являлись понятия: “я”, “мужчина”, “женщина”, “ребенок”. Ассоциативный поток ограничивался рамками определенных классов, а именно - неодушевленный предмет, музыкальный инструмент, травянистое растение, дерево, животное, геометрическая фигура, сказочный персонаж, амплуа артиста цирка. Испытуемым предлагалось подобрать ассоциацию на ключевые слова в рамках заданных предметных классов, а затем ассоциацию необходимо прокомментировать “развернуть”.

Процедура тестирования не ограничивалась только выявлением ассоциативного образа, а включала в себя и раскрытие содержательного, смыслового компонента каждой ассоциации. Например, если на предлагаемый стимульный объект “Женщина” в рамках класса “Травянистое растение” испытуемый подбирал понятие “Роза”, то необходимо было выяснить: а) почему именно этот образ, по его мнению, наиболее соответствовал понятию “Женщина”; б) какие качества, свойства или характеристики явились объединяющими (общими) при выборе этой ассоциации. Ответы на такие вопросы помогали выявить смысловой аспект восприятия, особенности эмоционального отношения к “кодируемому” объекту, что способствало и более объективной интерпретации получаемых результатов.

Так, при использовании дополнительных вопросов в одном случае может быть образ “Роза, т.к. - красивая, имеет приятный запах, женщины очень любят этот цветок”, который качественно отличается от другого варианта, где “Роза, т.к. - стройная и красивая, но также имеет шипы, может до крови поранить, если не умеешь правильно обращаться”.

Для интерпретации результатов теста Н.В. Дворянчиков, А.В. Герасимов (1997) использовали психосемантический подход. Анализировались: 1) особенности идентификации (пересечение образа “я” с образами “мужчина”, “женщина”, “ребенок”); 2) семантическая близость образов, определяемая через степень совпадения ответов (сходство данных ассоциаций). Предполагалось, что наличие данной близости может говорить о “пересечении” в сознании соответствующих представлений и может свидетельствовать о недифференцированности половозрастных аспектов восприятия объекта сексуального влечения; 3) особенности представленности образов в сознании испытуемых; 4) аффективная представленность образов (положительная, отрицательная, амбивалентная); 5) особенности взаимодействия с внешним миром.

В лаборатории была разработана система оценок и шкалирования эмоционального отношения испытуемого к определенным аспектам восприятия сексуального объекта, а также критерии этих оценок. Так, фиксируются следующие аспекты эмоционального отношения к объекту “ассоциирования: нейтральное - без акцентирования какой-либо эмоциональной окраски; положительное - подчеркивание приятных качеств этого объекта (“ребенок” - “котенок, т.к. маленький, хорошенький, ласковый”); отрицательное - подчеркивание негативных аспектов объекта (“мужчина” - “дуб, т.к. тупой как дерево, глупый”); амбивалентное - акцентирование одновременно как приятных и положительных, так и отрицательных качеств объекта (“женщина” - “роза, т.к. красивая, нежная, но может уколоть, сделать больно”); деперсонифицированное - включает в себя акцентирование косвенных, атрибутивных признаков, прямое отождествление с неживым объектом (“женщина” - “кастрюля, т.к. часто бывает на кухне”; “манекен”, “ребенок” - “кукла, т.к. играешь как хочешь”).

Интерпретируются особенности идентификации с образами “Мужчины”, “Женщины” и “Ребенка”. Например, пересечение образов “Я”-“Мужчина” у испытуемой девушки может свидетельствовать об идентификации с мужскими полоролевыми стереотипами, в то время как пересечение образов “Я”-“Женщина” - об идентификации с женскими полоролевыми стереотипами. Пересечение образов “Я”-“Ребенок” говорит о незрелости личности испытуемого, его инфантильности. Немаловажным показателем недостаточной когнитивной дифференцированности половой роли является ассоциативно-семантическая близость образов “Мужчина”-“Женщина”.

Содержательный анализ предполагает выделение и анализ таких индивидуальных особенностей переживания образа “Я”, как “Доминирование”: “Я - дрессировщик диких животных, люблю укрощать хищников”; “Зависимость”: “Я - слабое нежное растение, за которым нужно ухаживать”; “Сопротивление”: “Я - кактус, если что могу уколоть”; “Трансформированность”: “Я - пластилин, можно вылепить что угодно”.

Кроме того, полупроективная методика “МиФ”, разработанная Н.В. Дворянчиковым, А.В.Герасимовым (1997) на основе работ С. Бем (1975), Т.Л.Бессоновой (1994), позволяет установить индивидуальную степень выраженности фемининности, маскулинности, андрогинности, определить субъективное отношение личности к своему уровню развития этих черт. В литературе отмечается, что данный тест относится к наиболее совершенным методам исследования половой идентичности и предсказывает такие аспекты маскулинности/фемининности, как инструментальность и экспрессивность, особенности самоотношения и самоуважения (Bem S., 1975; Кон И.С., 1988; Бессонова Т.Л., 1994).

Тест основан на классической структуре “я-концепции” и позволяет анализировать целый ряд ее составляющих. “Я-реальное” - наиболее глубокая, базовая половая идентичность, отражающая то, что означает личность человека, как представителя определенного пола, для самого себя.

“Я-идеальное” - набор индивидуальных представлений мужчин и женщин о желаемых образцах поведения.

“Я-зеркальное” - совокупность субъективных представлений мужчин, женщин о том, какими их видят другие.

В качестве стимульного материала выступает недостаточно структурированный набор из 21 прилагательного (7 из них отражают маскулинные качества, 7 - фемининные, 7 - нейтральные), каждым из которых необходимо закончить предложение и оценить получившееся высказывание по степени выраженности, что в дальнейшем шкалируется по баллам и позволяет представить расположение выделенных “я-образов” в пространстве маскулинности\фемининности.

В результате получается отображение полоролевой идентичности испытуемого в двухмерном пространстве с осями: маскулинность/фемининность, где достижение определенных показателей (17 баллов) позволяет говорить о выраженности данных черт.

Вербальный стимульный материал предполагает обращение к ментальным, маскулинным структурам личности, а полупроективный характер методики - к аффективным, фемининным структурам личности. Н.В. Дворянчиковым и А.Н.Герасимовым (1997) были предложены дополнительные шкалы, позволяющие развести “я-рефлексивное” на две его составляющие: первое - демонстрируемое для мужчин, и второе - демонстрируемое для женщин, что может быть отражением изменения “я” в ситуации с разным полоролевым составом; это также позволяет соотнести эти образы с более глубинными и устойчивыми образованиями (близость к “я-идеальному”) .

Кроме того, в этом методе ими были введены дополнительные шкалы (“мужчина должен быть...”, “женщина должна быть...”), позволяющие исследовать индивидуальную нагруженность полоролевых норм субъектов и анализировать специфику влияния этих норм на полоролевое поведение и на реальную оценку своих полоролевых качеств (а именно - соотнесение этих ролевых норм с “я-идеальным” и с “я-реальным” испытуемого).

Испытуемому предлагается завершить незаконченное предложение словом из перечня маскулинности/фемининности и отметить вариант ответа, который, по его мнению, подходит в наибольшей степени. (“На самом деле я ...”, “Хотелось бы, чтобы я был...”, “Мужчина должен быть...”, “Женщина должна быть....”, “Мужчины считают, что я..”, “Женщины считают, что я.. “Мой реальный сексуальный партнер....”, “Хотелось бы, чтобы мой сексуальный партнер был...”).

При обработке результатов производится подсчет профиля маскулинности/фемининности по каждой из категорий. Особое внимание при этом уделяется анализу семантической близости между различными образами “Я” и составляющими полоролевой идентичности в рамках психологического пространства маскулинности/фемининности.

Структурный анализ производится путем расчета семантической близости (в тестовых единицах пространства маскулинности/фемининности) между образующими полового самосознания. Например, близость образов “Я-идеальное” и “Мужчина должен быть” может свидетельствовать о значимости для испытуемого образа мужчины, о включенности мужского полоролевого стереотипа в систему полоролевых предпочтений.

Содержательный анализ позволяет определить пропорцию М/Ф составляющих (маскулинности/фемининности) в каждом из образов (“Я-реальное”, “Я-идеальное”), дифференцированность полоролевых установок в различных структурах полового самосознания. Таким образом, методика позволяет рассматривать целостную систему полового самосознания:

1. Полоролевая идентичность - представления о типичности для пола своего поведения или функций, выражающиеся как обобщенные суждения о мужественности или женственности, (пропорция маскулинности/фемининности “Я-реального”);

2. Полоролевые стереотипы - представления о поведении и функциях, характеризующих мужчин или женщин в данном обществе (пропорция М/Ф в образах “Мужчина должен быть..”, “Женщина должна быть..”);

3. Полоролевое поведение - паттерны поведения индивида в соответствии с социальными стереотипами мужчин или женщин; соотношение черт маскулинности/фемининности в паттернах, демонстрируемых мужчинам и женщинам (пропорция М/Ф в образах “Мужчины считают, что я...” и “Женщины считают, что я...”);

4. Полоролевые предпочтения - ценности индивида в отношении стереотипного или коррелирующего с ним поведения того или иного пола, соответствие ценностных структур нормативным (пропорция М/Ф “Я-идеального”, соотношение образов “Я-идеальное” и “Мужчина должен быть...”);

5. Сексуально-половые предпочтения - ценности индивида в отношении представителя другого пола, дифференцированность психосексуальных ориентаций, соответствие психосексуальных ориентаций полоролевым стереотипам противоположного пола.

Особое внимание уделено при обработке результатов анализу расстояния между различными образами “я” и составляющими полоролевой идентичности в рамках психологического пространства маскулинности/фемининности (Дворянчиков Н.В., Герасимов А.В., 1997). Таким образом применение данных методик в судебной сексологии является точкой отсчета исследования психологических и психосексуальных особенностей индивида, которые, влияя на его процессуальные способности, могут приобретать юридическое значение в уголовно значимых ситуация.

На этапе формирования полового самосознания у исследуемых отсутствует семантическая близость между образом “я-идеальное” и “мужчины считают”, которая указывает на отсутствие полоролевого предпочтения в поведении тестируемых (r=-0,5), отсутствует семантическая близость и между полоролевыми стереотипами, полоролевым поведением и полоролевым предпочтением (“мужчины считают”-”женщина должна быть”, r=-0,5) и выявляется деперсонифицированное восприятие мужчин и женщин, которое характеризуется формальностью (внешний облик, стиль одежды, тембр голоса), что указывает на несформированность базовых структур половой идентичности. Отмечается семантическая близость вышеперечисленных образов (предпочтение полоролевых стереотипов “мужчина считает”, “женщина считает”, полоролевого поведения “мужчина должен быть”, “женщина должна быть”) на стадии платонического либидо этапа формирования психосексуальных ориентаций, что указывает на сформированность базовых структур половой идентичности. Если идентичность означает сознание тождественности самому себе, непрерывности во времени собственной личности и связанное с этим ощущение, то идентификация - процесс ее формирования (Ремшмидт Х., 1994). Поэтому можно предположить, что на этапе полоролевого поведения осуществляется формирование идентичности и, наряду с данным процессом, формируются основные паттерны поведения, апробируется и закрепляется выбранная половая роль, которая в последующем влияет на становление психосексуальных ориентаций.

Стимульный материал по методикам “МиФ” и “Кодирование” был предложен 30-ти исследуемым (8 мальчиков и 22 девочки). В ходе исследования испытуемые распределились на три группы.

Первую группу составили 11 испытуемых (6 мальчиков и 5 девочек), которым выполнение данного задания было недоступно в полном объеме. Из них три девочки в возрасте 6;7-ми и 8-ми лет без отклонений в психическом развитии, 1 девочка 11-ти лет с отставанием в психофизическом развитии не понимали инструкций предложенных им методик, также как и четыре мальчика, двоим из которых (11 и 12 лет) устанавливался диагноз “задержки умственного развития” и еще двоим мальчикам (10 и 11 лет) - диагноз “остаточные явления раннего органического поражения головного мозга”. Одна девочка 13-ти лет с диагнозом “умственное недоразвитие” и 2 мальчика (11-ти и 13-ти лет) с диагнозом “остаточные явления раннего органического поражения головного мозга” инструкции предложенных методик понимали, однако выполняли неверно. Все испытуемые данной группы были потерпевшими по ст. 120 УК РСФСР и только 2 девочки (11-ти и 13-ти лет) - потерпевшими по ст. 117 УК РСФСР.

Для всех испытуемых данной группы было характерно выполнение элементарных мыслительных операций, у них отсутствовало выраженное нарушение памяти, однако оперирование абстрактными понятиями и условными смыслами метафор и пословиц было им недоступно, темп умственной работоспособности и внимания характеризовался колебаниями. В индивидуально-личностной сфере отмечались черты незрелости, преобладание эмоционального типа реагирования, ориентация на мнение значимых взрослых с подчиняемостью их указаниям. Все испытуемые характеризовались “формальной” осведомленностью в вопросах взаимоотношения полов.

Испытуемым было присуще любопытство, направленное на половые признаки противоположного пола, без констатации их сексуальной насыщенности, а поведение носило игровой характер.

Можно предположить, что испытуемые данной группы характеризовались несформированностью базовых структур полоролевой идентичности (несформированность восприятия полоролевых особенностей), собственных морально-нравственных критериев и оценок по отношению к окружающему миру, а также большой зависимостью от мнения окружающих, что может отражать и несформированность структуры личностной самоидентичности. Им было недоступно понимание сексуальной направленности деликта.

Несформированность базовых структур полоролевой идентичности является нормативной для этапа полового самосознания и препятствует пониманию характера и значения противоправных сексуальных действий. Однако, отсутствие выраженных нарушений памяти, внимания и возможность выполнения основных мыслительных операций, не препятствовало восприятию ими внешней стороны противоправных действий.

Вторую группу составили 10 человек (1 мальчик и 9 девочек), из которых у 5-ти испытуемых (4 девочки и мальчик) были выявлены остаточные явления раннего поражения головного мозга без выраженных изменений со стороны психики, у оставшихся 5 исследуемых каких-либо отклонений в психике выявлено не было.

Все испытуемые данной группы выполняли предложенные им методики при активной помощи со стороны экспериментатора и требовали постоянного напоминания инструкций по выполнению предложенных методик.

В соответствии с данными стандартного психологического обследования, всех исследуемых 2-ой группы отличала сохранность интеллектуально-мнестических способностей, конкретное мышление, поверхностность суждений, облегченность оценок. Они были способны к установлению причинно-следственных связей между явлениями, обнаруживали достаточный объем школьных знаний, навыков и умений, однако их отличал обедненный запас общих сведений.

Их личностные особенности характеризовались незрелостью, неустойчивостью эмоциональных проявлений. Все испытуемые данной группы проявляли “формальную” осведомленность в вопросах взаимоотношения полов.

Им было присуще любопытство, направленное на половые признаки противоположного пола, они участвовали в полоролевых играх с противоположным полом, у 2-х девочек (10-ти и 13-ти лет) проявлялись и элементы сексуально направленного поведения по отношению к противоположному полу. Все испытуемые данной группы владели информацией (из разных источников: книги, телевидение, радио, журналы, рассказы друзей, и т.п.) о половом развитии.

В соответствии с результатами исследования, проведенного с помощью методик “МиФ” и “Кодирование”, испытуемые 2-ой группы уже отличаются сформированностью полоролевых стереотипов, образ женщины в их представлении характеризуется преобладанием фемининных черт над маскулинными (р<0,05). Для испытуемых данной группы значительно большее значение для образа “я” имеют оценки “женщин”, преобладает ориентировка на внешние атрибутивные признаки роли мужчин (роль “мужчина”, в частности, деперсонифицирована, р=0,03, по Фишеру р<0,01).

Таким образом, испытуемые 2-ой группы имеют представление о полоролевых стереотипах, однако паттерны их поведения недостаточно дифференцированы в ситуациях с различным полоролевым составом, что может отражать неполную сформированность полоролевой идентичности, которая прослеживается и в поверхностности суждений о образах “мужчин” и “женщин”. Характерными особенностями этих суждений является качество используемых ассоциаций, где испытуемые ориентировались в основном на нейтральные признаки указанных объектов.

Tags: Экспертиза
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments